Впервые за это время я обрёл абсолютное, полное одиночество, которое невозможно в СИЗО, невозможно в колонии и практически невозможно на войне. Везде и все время с тобой кто-то есть. В камере СИЗО, на бараке в лагере, на производстве, в учебке, в расположении, в окопах, на позиции, на задании - я всегда был с кем-то. И вот впервые, резко и неожиданно, я оказался в чужом доме, в неизвестном мне месте, в какой-то ужасной, совершенно чуждой мне по природе, по духу, по укладу - стране, совершенно один, наедине со своими мыслями и эмоциями, которые сейчас ничего не сдерживает. Я буквально захлебнулся в их потоке. Сюрреализм происходящего и пережитого не вместился в мою скромную черепную коробку, мозг поставил тормоз, закрыл шлюза. Я просто лежал, несколько часов, глядя в потолок. Изредка шлюза открывались и дозированная порция рефлексий выплескивалась наружу.

Странно, но получив возможность упорядочиться, мое сознание приняло за отправную точку реальности именно то, что происходило со мной здесь и сейчас. Этот дом, кровать, занавески на разбитом окне, холодную сталь автомата, в обнимку с которым я лежал. Напротив, тяжело было принять то, что иная жизнь, находившаяся где-то там, за тысячи километров, это тоже реальность. Что я, сидящий в своем офисе с чашкой кофе, это не another me, а именно я. Я за рулём машины где-то на трассе М5, это я. В лодке с удочкой на раскатах в дельте Волги это тоже я. Что мои родные и близкие это не цифровая голограмма в телефоне, которого сейчас даже нет со мной (на передок нельзя брать телефон, он остаётся в расположении, с личными вещами), а реально существующие люди, которые есть. Вот это было трудно принять. Все мои 44 года было трудно принять как реальность, а не как сон, фантазию, какое-то кино или литературный сюжет.

А вот текущее положение вещей сознание трактовало как должное и единственно могущее быть. Наверное, так работают защитные механизмы мозга и психики. Наверное это первостепенный ключ выживания в этих условиях. Мне кажется, единственное что зависит от человека здесь - абсолютно трезвое и адекватное восприятие реальности. Пока оно есть, ты способен принимать правильные решения и соответственно реагировать на внешние условия. Малейшее отклонение от принятия происходящего, допуск рефлексий и самой мысли о сюрреализме того, что ты здесь переживаешь: "да это мне снится, это не со мной, это не может быть правдой" - и все. Ты запускаешь цепь необратимых событий, тянешься за бабочкой через бруствер окопа и тебя снимает условный снайпер.

Это потом, если и когда все закончится, ты будешь вспоминать это все через призму рефлексий и балансировки на краю бездны.

Пока же надо смотреть в багровые зрачки реальности не моргая.

П.С. Утром я обнаружил пункт эвакуации в тридцати метрах от этого дома. Я прошел мимо него ночью, не распознав. Видимо, для чего-то мне надо было побыть в этом доме наедине с собой.

***

Даниил Туленков